Фёдоров А. Ю.: Терроризм и антиавторитарные радикалы

В четверг, 23 декабря 2010 года в итальянской столице прогремел ряд взрывов: сработали взрывные устройства на территории посольств Чили и Швейцарии, расположенных на территории Рима.
Ответственность за эти взрывы взяла на себя, как стало известно в пятницу утром, 24 декабря, некая «Неформальная анархистская федерация»[1]. На фоне массовых акций протеста на Апеннинском полуострове против реформы Джельмини (комплекса мер по коммерциализации и элитаризации высшего образования Италии, по крайней мере, так реформу оценивают левые и леворадикалы) и политики Сильвио Берлускони, данные события выделяются на первый взгляд только степенью своей радикальности.
И если для одной части следящей за новостями аудитории это подтверждение тезиса о том, что анархисты – опасные для общества антисоциальные элементы, то для других – повод для очередного превознесения данного типа протестной деятельности как «героической» и «бескомпромиссной». В целом, конечно, палитра мнений имеет более широкий спектр, однако ограничимся приведенными, чтобы ниже продемонстрировать, насколько подобные действия являются: а) дискредитирующими анархистов б) маргинализирующими и криминализирующими социальную протестную активность в) провокационными.
Последнее особенно важно, что вытекает из первых двух положений и подкрепляется полуторасотлетней историей анархистского движения.
  

Контекст и немного истории
 
Взрывы произошли в Италии, на фоне многотысячных акций протестов по всей стране, сопровождающихся блокадой автомагистралей, железнодорожных станций, памятников культуры, захватом административных зданий и строений, принадлежащих учебным заведениям. Так, например, в Генуе 30 ноября протестующие выступили под лозунгом «Они блокируют наши будущее, мы блокируем города».
И на этом фоне, как и любое другое заметное событие, теракты, пусть и имеющие в первую очередь символическое значение, вызывают закономерный вопрос – «кому выгодно?»
Если говорить об антиавторитариях, то им террористические акты явно не выгодны, так как отталкивают от них одну часть общественности, другую же ожесточают против них, а часть народа и того проще – всё больше воспринимает их как чисто внешнюю по отношению к себе силу: они (антиавторитарии) сделают, а мы (общественность) что-то с этого поимеем. Кроме того теракт, когда в результате него гибнут или страдают случайные люди, является хорошим инструментом в руках власть имущих для дискредитации радикальной оппозиции. И тут уже не важно, действительно ли он совершен людьми с левыми взглядами, или же только им приписывается. Важным является то, как произошедшее подается в СМИ и как реагирует общественность.
В этом смысле стоит обратить внимание на историю одной из самых известных левотеррористических организаций современности – германскую РАФ, а так же на историю возрождения в конце 1970-х Национальной конфедерации труда (НКТ) Испании.
Что касается РАФовцев[2], то если первое поколение пользовалось относительно широкой общественной поддержкой, то после их ареста новые участники организации данную поддержку постепенно утратили, во многом из-за того что их действия становились всё более жестокими по своему характеру. Кроме того, есть данные о том, что, возможно, в своих интересах их деятельность использовали спецслужбы.
Схожая с РАФ судьба постигла и многих других левых террористов в разных странах мира. Организации либо были разгромлены спецслужбами, либо отрезаны от широких масс и загнаны в глубокое политическое гетто. В качестве примера можно привести «Красные бригады» (Италия), Группы патриотического антифашистского сопротивления первого октября (ГРАПО, Испания), Революционная организация 17 ноября (Греция), Прямое действие (Франция) и др.
История же испанской НКТ интересна тем, как легальная профсоюзная организация оказалась разгромленной и дискредитированной путем внедрения в нее полицейских провокаторов и организации широкой анти-анархо-синдикалистской кампании в средствах массовой информации.
Со смертью Ф. Франко в Испании наблюдался подъем левых, в том числе НКТ (если относить анархистов к левым). После долгих лет диктатуры, когда анархо-синдикалисты были загнаны в подполье, в конце 70-х они смогли восстановить свое профсоюзное объединение. В частности 2 июля 1977 г. на организованный НКТ митинг в Барселоне пришло до полумиллиона человек.
По некоторым оценкам, Испания находилась на гране революции. Однако возможный социальный взрыв властям удалось предотвратить. Большую роль в этом сыграло принятие Пакта Монклоа, заключенного в октябре 1977 г. между основными испанскими партиями и профсоюзами. Официально его целью провозглашалась борьба с экономическими трудностями и ростом безработицы, развитие капиталистических отношений в стране. НКТ оказалась единственной крупной организацией, не подписавшей Пакт, что делало ее единственной массовой оппозиционной силой страны, а рост ее влияния вызывал у правящих кругов опасения[3]. И именно на этом фоне 15 января 1978 г., после очередной демонстрации протеста в Барселоне произошел теракт в театре «Скала»[4], в результате которого погибло 4 человека (члены НКТ). После этого против анархо-синдикалистов в СМИ была организована кампания травли: НКТ выставлялась как провокаторская организация безответственных террористов. В результате начался развал профцентра, в котором начались внутренние конфликты, во многом инспирированные внедренными в нее провокаторами спецслужб.
Кроме того, можно вспомнить и более старую историю левого терроризма: анархистов и эсеров. Первые в начале двадцатого столетия являлись изолированной от общества маргинальной составляющей[5] социалистического движения, и это положение только укреплялось из-за увлечения террористической деятельностью. Позиции же эсеров в России были сильно подорваны скандальным делом Евно Азефа, одного из организаторов Боевой организации Партии социалистов-революционеров, оказавшегося провокатором Охранки.
Кроме того стоит упомянуть еще и о том, что увлечение террористической деятельностью анархистов привело к введению в конце девятнадцатого столетия во Франции законов против анархистов, в Германии в 1878 г. – «исключительного закона против социалистов». А также законы против анархистов были приняты в тот период в таких странах как Аргентина, Испания, Италия и ряде других. В Соединенных Штатах был принят ряд законодательных актов (1903, 1907), запрещавших въезд в страну анархистов, а также дозволявших депортацию сторонников данных идеологических воззрений; кроме того, в штатах Нью-Йорк, Нью-Джерси (1902), а так же Висконсин были введены законы, направленные против «преступной анархии».
Здесь же стоит отметить и «Проект секретного циркулярного предприятия российским представителям за границей об осуществлении решений Римской международной конференции 1898 г. по борьбе с анархизмом»[6].
Возрождение левого терроризма в конце 1960-х было связано с кризисом как старого, так и нового левого движения. Единственным серьезным отличием было то, что если раньше террористами были в основном анархисты и эсеры (в России)[7], то теперь это были, в первую очередь, марксисты (в подавляющем большинстве – маоисты). Вместе с тем, как и на рубеже девятнадцатого – двадцатого столетий, новый подъем левого терроризма способствовал не выходу из политического гетто, но, наоборот, еще большему закупориванию в нем.
  

Левацкий терроризм в начале нового века

 

В начале двадцать первого столетия наметился подъем новой волны левого терроризма, и, тесно с ним связанного, псевдолевого терроризма. В частности об этом можно говорить применительно к таким странам как Германия, Италия, Греция. Прото-инсуррекционалистские тенденции можно проследить в Мексике, Чили, Беларуси и в ряде других стран. В последнем случае речь идет не о терроризме, но о смежных с ним практиках поджогов милицейских и полицейских участков, нападениях на посольства и офисы политических партий и профсоюзов, банки, строительную технику и т.п., а также о пропаганде (в анархистской среде) инсуррекционалистских идей в традиции Альфредо Бонанно.
Так, например, летом 2010 г. стали поговаривать о возвращении левого терроризма в Германии[8], подобные разговоры ведутся кроме того вот уже несколько лет в Италии[9]. При этом в реальности ситуация выглядит несколько иначе: разговоров о возрождении левого терроризма гораздо больше, нежели самого возрождения. К тому же подчас сильно преувеличиваются реальные акции, вплоть до того что использование на демонстрации дымовой пиротехники… выдается за взрыв бомбы[10].
В Италии также больше разговоров, нежели реального левого терроризма. При этом то, что связано с деятельностью так называемой «Неформальной анархистской федерации» (НАФ) и вовсе больше всего похоже на провокацию спецслужб. В этом смысле представляют интерес заявления Федерации анархистов Италии (ФАИ) 2003[11], 2009[12] и 2011[13] годов. В частности, в 2003 году речь шла о взрывах в Болонье, ответственность за которые взяла на себя та самая НАФ.
ФАИ обращала в своих заявлениях внимание на то, что действия «неформалов» наносили вред случайным людям[14], вели к криминализации анархистского движения, по крайней мере, их образа, ретранслируемого в СМИ, и, кроме того, смешивали социальный анархизм с обыкновенным бандитизмом и социально опасной уголовщиной. После действий НАФ репрессии обрушивались на всех анархистов: в 2009 НАФ была названа «боевым крылом ФАИ», что вызвало возмущение Федерации, выступившей с опровержением. Кроме того, применительно к Италии, как минимум подозрительным выглядит то, что аббревиатура обеих организаций пишется одинаково – FAI.
Что касается упомянутых в начале статьи взрывов, имевших место в итальянской столице 23 декабря минувшего года, то стоит отметить, что с их осуждением выступили не только ФАИ, но так же и другие анархисты, в частности швейцарские[15] и греческие[16] (причем в последнем случае речь идет об инсурреционалистах, что особенно примечательно).
Особо стоит отметить Грецию, в которой в последние годы произошел подъем радикального левого движение, среди прочего – анархо-автономистского[17]. В стране возникли и стали действовать новые террористические организации, самой заметной из которых стала «Заговор огненных ячеек»[18]. При этом, несмотря на обилие информации, распространяемой от имени «Огненных ячеек», и арестованных по их делу, часть анархистов считает, что эта организация является, если не мистификацией, то по крайней мере провокацией греческих спецслужб.
Кроме того, Греция интересна еще и как страна, в которой среди анархистов пользуются большой популярностью идеи инсуррекционализма (повстанчества).
Что касается России и Беларуси, то здесь анархистское движение в очень большой степени подвержено влиянию идеям Бонанно и того, что экоанархист Мюррей Букчин называл «анархизмом образа жизни»[19] - мелкобуржуазного маргинального «бунта ради бунта».
Вообще говоря, увлечение «околоповстанческими акциями» в духе идей Альфредо Бонанно занятие крайне сомнительное. И, кроме того, способствует усилению репрессий против всех, кого силовые органы могут, так или иначе, отождествить с ними и их сторонниками[20]. В данном случае, речь идёт о судебном процессе «Белградской 6»[21] и «Тарнакским делом»[22] во Франции. В обоих случаях обвинения доказаны не были, и в обоих же случаях наказание со стороны государства обвиняемым, явно не было адекватно ни с какой точки зрения тому, в чем их обвиняли.
Греческое же анархистское движение получило серьезный удар, когда в ходе уличных протестов 5 мая 2010 года погибли трое сотрудников «Марфин Банка»[23]. Насколько можно судить по поступающей информации из Греции, движение, внутри которого разгорелись широкие дебаты о протестной тактике, в том числе об отношении к насилию и идеям Бонанно, до сих не оправилось от случившегося, и его активность значительно снизилась, что было особенно заметно в первые месяцы после происшествия.
                                                                  
Таким образом, можно заключить, что главное заинтересованное лицо в «левацком терроризме» – не сами левые (даже если части мелкобуржуазных бунтарей подобный «бунт» представляется разве что ни верхом героизма и революционной деятельности). И уж тем более не трудящимся (то есть адресату этого самого террористического бунта, тому, ради кого он вроде бы и совершается). А вот зато органам государственной власти и владельцам крупного бизнеса, транснациональных корпораций этот самый «левацкий терроризм» оказывается на поверку очень даже выгоден.
И в итоге получается не создание рабочего движения, не возрождение революционной, либертарной идеи и распространение анархизма в народной среде, а очередной пшик. Так что увлечение подобными методами – это своеобразный способ политического самоубийства, но не более того.
А потому, если анархисты хотят стать заметной силой, выйти из политического гетто, то террористические, погромные методы, увлечение идеями, излагаемые такими людьми как Альфредо Бонанно им просто противопоказаны[24]. Вместо красочного вспышкопускательства, как в случае с НАФ, «Огненными ячейками» и подобными, нужно заниматься социальными проблемами. Иначе воспоминания о радикальных социалистических движениях второй половины девятнадцатого – первой половины двадцатого веков так и останутся не более чем воспоминаниями.
 
Фёдоров А. Ю., январь-май 2011

 

 

Примечания:


[1] О позиции НАФ см.: Открытое письмо Неформальной Федерации Анархистов - Международной Сети Действия и Солидарности. http://avtonom.org/node/15631
Данное письмо наглядно демонстрирует всю, как минимум, странность данной организации. В частности в нем сказано:
«Мы понимаем, что государственный аппарат направит все свои силы на внутреннего врага. Также мы знаем, что большая часть общества всегда скрывает в себе зачатки неформального, более консервативного, более фашистского и более бесчеловечного государства, чем то, которое существует сейчас. Также фактом является и то, что определённые социальные меньшинства более анархичны по своему характеру, чем официальные анархисты. И более революционны, чем профессиональные революционеры. (…) Шлём революционный привет, шум и хаос всем товарищам, томящимся в концентрационных лагерях мегаполисов, и всем заключённым, находящимся в тюрьмах по всему свету».
В этих словах (если посчитать, что члены НАФ – искренние революционеры, а не провокаторы – в чем существуют серьезные сомнения) отчетливо видна, с одной стороны – апологетика маргинальных слоев общества, разнородных по своему политическому составу («определённые социальные меньшинства»), идеализация которых – это культивирование собственного тупика, в котором надежно засели левые радикалы после «бурных шестидесятых» годов прошлого столетия; с другой же стороны – разговоры о том, что общество является фашистским по своей природе («большая часть общества всегда скрывает в себе зачатки неформального, более консервативного, более фашистского и более бесчеловечного государства, чем то, которое существует сейчас»), что подчеркивает антиобщественный элитаризм членов НАФ, возомнивших себя этакими сверхчеловеками, призванных разбудить маргинальные меньшинства.
Возникает закономерный вопрос: в чем должна выражаться борьба меньшинства против большинства (реакционного по своей природе), и какой будет их анархия при таких начальных условиях? Не зря в конце текста говорится о «хаосе» и «концентрационных лагерях мегаполисов» - ведь тюрьмы предполагается разрушить, а с предложенным нам видением мира после этого придется вести борьбу не на жизнь, а на смерть с силами реакции – то есть, с большей частью человечества.
Конечно, можно много говорить о «психологии рабства» масс (Э. Фромм, В. Райх и др.) и синергетике (И. Пригожин), тем не менее, задача перед анархистами и синдикалистами всегда стояла в том, чтобы по возможности всё, либо подавляющую часть общества привлечь на сторону либертарных идей (о чем много писали такие авторы как П. Кропоткин, Ж. Грав, Э. Пуже, Ф. Пеллутье и др.), а не развязывать тотальную борьбу с ним. Тем более, что «человеческая природа» вовсе не является «доброй» либо «злой»: сознание человека от рождения (если речь не идет о каких либо врожденных генетических аномалиях) формируется ближайшим окружением, начиная с родителей и воспитателей. Конечно, речь может идти о том, что общество и правда заражено консервативными, конформистскими и даже этатистскими настроениями. Тем не менее, бороться нужно в первую очередь с причиной, а не следствием, в противном случае это будет бесконечная борьба Сизифа с его камнем (и тогда получит свое эмпирическое подтверждение тезис А. Камю про «Миф о сизифе» - при всех достоинствах экзестенциального подхода к жизни французского философа-анархиста, такая «борьба без начала и конца» - это изначальный тупик, подразумевающий психологию пораженчества, изначального настроя борца на не-победу и вековую борьбу ради борьбы).
[2] Фёдоров А. Ю. РАФ: борьба обреченных. http://www.rabkor.ru/review/book/6285.html
[3] Анархо-синдикализм в 1939-1999 годах. http://aitrus.info/node/148
[4] Морхоф Ф. Дело «Скала» 1978 г. http://aitrus.info/node/841
[5] Фёдоров А. Ю. Дети анархии. Часть 1. http://www.rabkor.ru/debate/2397.html
[6] Проект секретного циркулярного предприятия российским представителям за границей об осуществлении решений Римской международной конференции 1898 г. по борьбе с анархизмом. http://www.hrono.ru/dokum/190_dok/1900rim.html
[7] Стоит, правда, уточнить, что в таких странах как Россия, Болгария, Османская империя, Сербия, Ирландия и ряд других, среди террористов было также большое количество сторонников националистических идей.
Кроме того, что касается Российской империи, следует заметить, что террористической деятельностью, в немалой степени, занимались, кроме анархистов и эсеров, также и представители социал-демократов, в особенности – прибалтийские.
[8] Зарубин О. РАФ возвращается? http://www.rabkor.ru/review/press/8416.html
[9] «Красные бригады»: у террористов объявились наследники. http://www.svobodanews.ru/content/article/1967673.html
[10] Die Lüge von der «Splitterbombe» für die Beschneidung der Grundrechte. http://syndikalismus.wordpress.com/2010/06/17/die-luge-von-der-splitterbombe-fur-die-beschneidung-der-grundrechte/ 
[12] Comunicato della Commissione di Corrispondenza della FAI, 29/04/2009. http://www.federazioneanarchica.org/archivio/20090429cdc.html
[13] Итальянская анархистская федерация (FAI) осуждает провокаторов. http://aitrus.info/node/1461
[14] «В марте прошлого года пострадал один из работников почты. Несколько дней назад, в декабре были ранены двое сотрудников отдела корреспонденции швейцарского и чилийского посольств в Риме. Мы выражаем им нашу солидарность, напоминая о том, что одним из двух раненых оказался товарищ, активно участвующий в сквотте бывшей прачечной в Риме» - Говорится в заявлении ФАИ от 6-9 января 2011 г.
[15]NoSolidaritywith «anarchist» letterbombers. http://www.anarkismo.net/article/18439
[16] Announcement from the 3 imprisoned members of Revolutionary Struggle organisation about the attacks on embassies in Rome. http://sysiphus-angrynewsfromaroundtheworld.blogspot.com/2010/12/announcement-from-3-imprisoned-members.html
[17] Фёдоров А. Ю. Анархистское движение в Греции. http://www.rabkor.ru/analysis/5107.html
«В начале 2009 года ОЯЗ [«Заговор огненных ячеек»] вооружились и с тех пор используют и взрывчатку: в последний раз при нападении на административный суд в Афинах 30 декабря 2010 года. 
В своих коммюнике организация отстаивала нигилистическую линию, напоминающую о русском социал-революционере Сергее Нечаеве, в соединении с жесткой критикой в адрес радикальных левых и большей части анархистского движения, которые, по их мнению, недостаточно решительно боролись с “капиталистической демократурой”.

В свою очередь, часть движения достаточно рано выступила с критикой в адрес “безответственных акций” ОЯЗ, например, подкладывания взрывчатки в мусорные баки вблизи предвыборного митинга консервативной партии “Новая демократия” в сентябре 2009 года или покушения на здание греческого парламента в январе 2010 года». («Анархо-бомбисты»??? http://aitrus.info/node/1459)
[19] Bookchin M. Social Anarchism or Lifestyle Anarchism: An Unbridgeable Chasm. http://aitrus.info/node/557
[20] Примечательно в этом смысле использование «повстанческой» тактики спецслужбами Беларуси, обрушивших волну репрессий против анархистов, и старающихся выставить их безответственными антиобщественными психопатами, призывающих взрывать школы, а также совершающих теракты в метро (само высказывание подобных предположений уже имеет серьезный психологический эффект, как это было в конце 70-х в Испании, при том, что испанское анархо-синдикалистское движение было намного сильнее, намного более массовым и имело глубокие традиции в испанском обществе).
О реакции СМИ на взрыв в Минском метро 11 апреля этого года, см. например: КГБ Белоруссии назвал три версии теракта в метро. http://www.radiomayak.ru/doc.html?id=234777; КГБ Беларуси: цель теракта в метро - посеять неудовлетворенность властью. http://mycityua.com/news/world/2011/04/12/191131.html; КГБ выдвигает политическую версию взрыва в метро Минска. http://www.bbc.co.uk/russian/international/2011/04/110412_minsk_blast_investigation.shtml; В теракте нашлись анархисты. http://www.gazeta.ru/social/2011/04/13/3583145.shtml
[23] Греция: реакция на гибель людей в результате беспорядков. http://aitrus.info/node/839
[24] В дополнение к вышеприведенной информации см.: Детский писатель Дэвид Ровикс и «черный блок» (текст+видео). http://livasprava.info/index.php?option=com_content&task=view&id=1779&Itemid=1